Внутренний мир на песке. Интервью с профессором РосНОУ Александром Огневым

В 2021 г. Российский новый университет (РосНОУ) вошел в число организаций, на базе которых созданы федеральные инновационные образовательные площадки, составляющие инновационную инфраструктуру в сфере высшего и дополнительного профессионального образования. Одна из площадок посвящена уникальной методике песочного моделирования, которая активно применяется во всем мире. О специфике метода и ключевых психологических направлениях РосНОУ рассказывает профессор Александр Огнев.

Александр Сергеевич Огнев — доктор психологических наук, профессор, научный руководитель Гуманитарного института РосНОУ.

— Прежде всего хотелось бы узнать о психологических направлениях, которые представлены в университете. Над чем вы работаете сегодня?

— Начну с особенностей построения учебного процесса и выбора направления в Российском новом университете. Дело в том, что РосНОУ основали выпускники знаменитого московского Физтеха — МФТИ. Это и определило традиции нашего вуза — активное вовлечение обучающихся в практическую деятельность, в проведение реальных исследований уже со студенческой скамьи.

Что касается психологических направлений, то ключевым из них мы считаем консультирование и его виды, традиционные и современные методы практической работы. Одна из современных тенденций связана с «визуальным поворотом», который в массовой культуре известен как «клиповое мышление».

Клиповое мышление можно рассматривать как ответ человека на распространение огромного объема информации. Современный ребенок с малых лет довольно быстро начинает ориентироваться в визуальных образах, которые находит в своем смартфоне. Поэтому мы и учим наших психологов активно использовать методы визуализации. Научные изыскания и практические разработки в этом направлении — наш конек.

— Расскажите о методике работы с изображениями. Как она может помочь будущему психологу и его клиенту справиться с жизненными трудностями?

— С научной точки зрения этот метод определяется как визуальное кинетическое моделирование. Проще говоря, это работа с образами и моделирование возможного развития будущего с опорой на интуитивное определение того, что происходит в жизни человека.

Как это работает? Мы подключаем на уровне сознания, подсознания и бессознательного колоссальные ресурсы, которые есть в нашем распоряжении, но не полностью задействованы. Соединяя эти элементы, мы работаем с образами, которые могут существенно повысить креативный потенциал человека.

Эту методику можно сравнить со сновидениями. Визуальное моделирование воссоздает сноподобные, полуфантазийные состояния, когда мы погружаемся в собственный внутренний мир. Человек на уровне интуитивного моделирования выбирает то, что ему больше всего подходит. Это резко увеличивает объем информации, которую он может перерабатывать, и повышает способность к принятию нужных решений.

Наши коллеги из Бременского университета (Германия) изучили, какое количество информации перерабатывает человек на уровне сознания и подсознания, принимая то или иное решение. Оказалось, что доли информации, которые перерабатываются на уровне сознания и бессознательных процессов, равны один к миллиону. С помощью метода визуального моделирования мы пытаемся увеличить количество той информации, которую можно использовать для принятия решения, и той информации, которая будет доступна сознанию. Наша цель увеличить ее на два-три порядка, хотя бы до соотношения 100–200 к миллиону. Если же мы увеличим этот показатель в тысячу раз, то получим большое приращение возможностей для решения тех или иных проблем. Собственно, этим и занимается наша психологическая лаборатория визуально-кинетического моделирования. Мы создаем технические средства, превращаем их в работающие методики, которые тиражируем и с которыми знакомим коллег в России и за рубежом.

Александр Сергеевич Огнев — доктор психологических наук, профессор, научный руководитель Гуманитарного института РосНОУ. Фото- Елена Либрик

— Расскажите подробнее о специфике метода. Как можно использовать подобные изображения, чтобы помочь человеку?

— В своей работе мы используем и построенные на песке композиции, и созданные из кинетического песка фигурки, и метафорические ассоциативные карты. С их помощью человек «рассказывает» прежде всего самому себе о проблеме или задаче, которую он пытается решать. Делает он это не вербально, а языком картинок, как если бы он создавал историю, рассказ в виде комиксов. Картинки позволяют проиллюстрировать, какую проблему хочет решить человек, с каким конфликтом он имеет дело и какого результата или решения ожидает. Ответы на эти вопросы необходимо предоставить с помощью созданных или подобранных изображений. За счет работы с визуальными образами человек извлекает из глубин подсознания не только то, что содержится на уровне логики и появляется в виде слов, но и то, что связано с эмоциями, то есть аффективную составляющую. Это увеличивает понимание субъективной значимости событий, принимаемых решений, различных обстоятельств, более полно раскрывает их смысл.

В этом случае мы действуем не на уровне абстрактно-логического мышления, характерного для словесного описания проблемы, а на уровне наглядно-образного и наглядно-действенного мышления. Так человеку проще поделиться проблемой без лишних подробностей, заострять внимание на которых он, быть может, в данный момент не готов или считает это неуместным. В таком случае он будет меньше стесняться рассказать о проблеме самому себе и психологу. Быстро перебирая в процессе такой работы массу различных образов, он опирается на огромное количество сценариев, которые уже содержатся в его жизненном опыте. Так легче выстроить для себя модель будущего поведения, отобрав наиболее подходящие варианты. В результате мы начинаем действовать более разумно, разделяя главное и второстепенное, увеличивая свою креативность и успешность в жизни.

— Подтверждалось ли это экспериментами?

— Конечно. Мы не просто проводим эксперименты, но и активно используем инструментальные методики для аттестации создаваемых образов. Для этого в нашем распоряжении — приборы, которые разработаны в университете, в частности «Кардиокод». Прибор измеряет сердечно-сосудистую активность организма и позволяет проследить, как меняется вариабельность сердечного ритма, что в свою очередь свидетельствует об активизации парасимпатической и симпатической систем. По сути, это аналог полиграфа. За счет определенной методики обработки полученных данных мы можем оценивать, какие эмоции вызывают у человека созданные им композиции, устраивают ли его созданные им метафорические описания алгоритма решения собственных проблем. При этом специалисты РосНОУ используют методики, которые разрабатывались для подготовки космонавтов и летчиков. Эти методики позволяют анализировать состояние человека и оценивать влияние на него образов, запечатленных на метафорических ассоциативных картах, в песочных композициях или в созданных из кинетического песка фигурках. Такие исследования мы проводим уже более семи лет.

— Ранее было популярно убеждение в том, что российские граждане очень скептически относятся к психологической помощи. Например, многие люди старшего поколения до сих пор отрицают ее пользу. Но сейчас большинство молодых людей все чаще обращаются к психологам или психотерапевтам. Как бы вы охарактеризовали эту ситуацию?

— Люди часто путают психологическую помощь с психиатрической. Сегодня психиатрия сильно продвинулась вперед. То, что раньше считалось приговором, сейчас стало временным недомоганием, которое можно успешно преодолеть при помощи различных лекарственных препаратов и немедикаментозных средств. И общество постепенно осознает, что врачам уже под силу лечение большинства заболеваний. Но при этом вместе с врачами над такими проблемами должны работать и психологи.

Растет понимание, что многие проблемы вообще не относятся к области психиатрии. Повышается и уровень образованности граждан в области психологии. Большинство людей понимают разницу между психологом и психиатром и знают, в каких ситуациях нужно обращаться к тому или иному специалисту.

Кроме того, психолог вошел в состав огромного количества организаций как штатный сотрудник. Это уже не какая-то экзотика, а вполне рядовое явление. Поэтому сегодня в вопросе обращения к психологу мы не видим трудностей со стороны общества.

— Как с точки зрения психологии меняется поведение людей в век информационных технологий, распространения гаджетов и интернета вещей?

— Вы затронули очень актуальный вопрос. Заметно, то, что молодые ребята, с которыми мы сталкиваемся в университете, легко обращаются с современной техникой, в частности со смартфонами. Им не составляет труда быстро найти нужную информацию. Молодые люди более разумно распоряжаются информационными ресурсами. Есть только одно «но»: резко снижается способность придавать своему опыту словесное описание, то есть страдает вербализация, превращение мыслей в слова. Для многих ребят это становится большой проблемой.

Да и вы наверняка замечали, что вам проще отправлять рядом сидящему коллеге или приятелю сообщения, смайлики, чем объяснять что-либо словами.

То есть, с одной стороны, резко растет способность работать с большими объемами информации, а с другой — снижается способность к вербальному описанию результатов своего поиска.

Работая с перечисленными методиками (песочное моделирование, метафорические карты), мы побуждаем студентов к объяснению своего выбора и его значения для них. Поэтому уже на втором-третьем курсах проблема коммуникации снимается даже у тех, кто был крайне косноязычным. Ребята начинают глубже понимать самих себя и находят более адекватные способы объяснения окружающим сути своих идей и соображений.

— В 2021 г. на базе РосНОУ была организована инновационная федеральная площадка по внедрению песочной терапии, визуального кинетического моделирования в систему образования. Какие цели преследует проект?

— Есть четкий план работы федеральной площадки на ближайшие годы. Первым этапом стало подтверждение того, что методика способствует позитивным изменениям, которые человек самостоятельно привносит в различные сферы своей жизнедеятельности. На втором этапе мы разрабатывали оптимальные сочетания разных форм и методов песочного моделирования, способов применения кинетического песка, метафорических ассоциативных карт при выполнении заданий, которые касаются построения плана жизни человека, решения типичных проблемных ситуаций. Сейчас реализуется этап, на котором мы применяем перечисленные методики в ходе преподавания не только психологии, но и других дисциплин. Например, недавно мы успешно применили песочное моделирование в преподавании немецкого языка. Человек строит на песке модель желаемого будущего и на немецком языке описывает, что он изобразил и какое это имеет для него значение. Он выбирает те слова и речевые конструкции, которые касаются его жизни. Они глубоко осмысленны, его рассказ эмоционально насыщен. Конечно, этот опыт запоминается навсегда. Если речь идет о групповых занятиях, то словарный запас всех участников пополняется словами и речевыми конструкциями, характерными для их возрастной группы и культурной общности.

Психологи Тульского суворовского военного училища пробуют использовать песочное моделирование в работе с суворовцами Фото предоставлено пресс-службой РосНОУ

Интересные результаты мы получили при работе с политологами, когда они строили модели государства — идеального и реального, модели будущих преобразований. Моделирование позволяет резко увеличить так называемую непроизвольную форму запоминания при освещении тех или иных дисциплин, потому что они быстро усваиваются через визуализированный жизненный опыт.

Но есть еще одна особенность, которую мы отметили. Зачастую человек приходит с готовыми моделями, шаблонами, которые он применяет при изучении той или иной дисциплины. Преподаватель в этом случае может для себя решить, в какой степени материал, который он дает, лег на жизненный опыт человека, произошло ли «приращение нового знания». С помощью песочного моделирования и изучаемых дисциплин мы стремимся добавить к жизненному опыту студента составляющие, которые помогут ему добиться успеха, повысят эффективность жизнедеятельности. Методика позволяет научиться распоряжаться полученным знанием, превратить изучаемое в готовый инструмент, пригодный для повседневного использования.

— То есть предлагаемые вами методики можно применять в любых дисциплинах и жизненных ситуациях?

— Верно. Например, недавно мы помогали группе аспирантов подготовиться к сдаче кандидатского минимума и защите диссертации. Обучающиеся моделировали на песке реальные ситуации во время выступления перед экспертной комиссией, диссертационным советом. Один из них буквально месяц назад успешно защитил диссертацию по безопасности полетов. Подготовка с помощью песочного моделирования позволила аспиранту, по его мнению, сформировать оптимальное «боевое» состояние и успешно пройти защиту.

Проще говоря, песочное моделирование — это некая репетиция не только содержания ситуации, но и эмоционального состояния человека.

Методику опробовали также экскурсоводы Научно-учебного музея землеведения МГУ. На песке они смоделировали будущую работу со школьниками во время проведения экскурсий. Это было моделирование с точки зрения не только содержания речи экскурсоводов, но и эмоциональной составляющей: какие эмоции они собираются вызвать у юных посетителей своим рассказом. Эксперименты прошли очень удачно.

— Расскажите немного об историческом контексте появления песочного моделирования. В какой стране оно возникло и кто был его родоначальником?

— Считается, что прообразы песочного моделирования зародились несколько десятков тысяч лет назад. На берегу Дона есть такой поселок, который сейчас называется Костенки. С древних времен в этих местах находили большое количество костей животных. Как оказалось, первые поселенцы, а вместе с ними и костяные фигурки появились здесь около 40 тыс. лет назад. Это те самые неолитические мадонны, представленные в нашем Историческом музее на Красной площади. Как нам кажется, для древнего человека эти фигурки были важным инструментом подготовки к будущим видам активности и моделированию возможного будущего.

Похожие фигурки и даже целые композиции находят в древних захоронениях египтян. С их помощью они воссоздавали реальность, к которой стремились. Встречаются подобные примеры и в Китае. Один из наиболее грозных — знаменитая терракотовая армия, обнаруженная неподалеку от современного Сианя. Погребенный там в гигантском кургане Цинь Шихуанди полагал, что, когда вернется из «небытия», сможет воссоздать мир, в котором жил. И на самом деле терракотовая армия — это лишь часть фигур, найденных в курганах, окружающих захоронение правителя династии Цинь. Археологи обнаружили огромное количество терракотовых фигур, которые олицетворяют слуг императорского двора. Это и идеальный повар, и идеальная служанка, и идеальный цирюльник, и идеальный танцор. По сути это модели, которые на уровне скульптурных описаний показывали, как должны быть устроены двор правителя и взаимоотношения между людьми.

В Новое время возрождение такого рода моделирования, но в другом качестве ознаменовала книга «Игры на полу» Герберта Уэллса. Писатель наблюдал за своими детьми и заметил, что его буйные ребятишки становились более спокойными и уравновешенными, когда раскладывали на полу игрушки и начинали возиться с ними.

Позднее, в 30-х гг. ХХ в., игру с песком как психотерапевтический метод работы с детьми впервые описала Маргарет Ловенфельд, которая работала с больными и психологически неблагополучными детьми. Одна из форм работы заключалась в использовании фигурок для создания ребенком модели того, что он в данный момент хочет отобразить, — «технике построения мира». Так и появилась современная песочная терапия.

Во время одной из конференций доклад Маргарет Ловенфельд об используемом ею методе услышал Карл Густав Юнг, который порекомендовал своей ученице Доре Калфф обратить внимание на этот вариант работы с детьми. Спустя пару лет Дора Калфф создала собственную методику, которая получила название sandplay.

Калфф была неординарной, широко образованной и эрудированной женщиной. Она немного владела китайским языком и была знакома с основами буддизма и даосизма. Однажды даже приютила у себя ламу, бежавшего из Тибета. Все это вызвало общественный резонанс.

Постепенно возник интерес к направлению песочной терапии — им заинтересовались в Японии, Китае, Соединенных Штатах Америки. И начиная с 40-х гг. XIX в. эта методика стала активно применяться во всем мире.

Сегодня песочная терапия получила широкое распространение, в том числе в школах и вузах. Она эффективна при работе с детьми, которые нуждаются в снятии тревожных состояний, в коррекции поведения. Быстрый эффект от применения этой методики получали и специалисты, которые работали в зонах землетрясений и иных масштабных бедствий.

В последние годы песочная терапия стала активно применяться и в России. Проблема этого метода заключается в том, что он с большим трудом поддается вербализации. Как человеку, который построил модели на песке, сложно объяснить свои внутренние переживания, так и специалисту трудно описать методические составляющие его собственной работы. Поэтому наш коллектив взялся сформулировать методику, которая поддается тиражированию в расчете на ее продуктивное использование в условиях современного вуза.

Одна из задач федеральной площадки связана с анализом того, какие составляющие работы с песком сказываются на ощущениях и эмоциях человека. Существенный элемент песочного моделирования — песочная фракция, которую мы используем в разных ситуациях, в том числе в экспериментах. А. С. Огнев: «Первая из фракций — самая мелкая: примерно 0,1 мм. Такой песок мы выбираем в случае, когда человеку нужна поддержка, он хочет обрести некое душевное равновесие. Более крупные фракции применяются в ситуациях, когда необходимо повысить уровень конфликтности возможного взаимодействия и подготовить человека к конструктивному решению возможного или уже существующего конфликта. Самая крупная фракция (2 мм) используется в случае, если человеку необходимо контурно обозначить стратегические направления жизненного выбора». Фото: Елена Либрик

— Насколько вы приблизились к решению задачи?

— Пока мы не получали нареканий по поводу этого метода. Важно, что песочная терапия активно используется не только при работе с детьми, но и в разных профессиональных коллективах. Например, у летчиков есть курс CRM — Cabin Resource Management. Это синтез социологии, психологии и педагогики. Его главная задача — улучшить командную работу экипажей, повысить психологическую устойчивость летчиков. Мы показали, что песочное моделирование резко увеличивает осознанность деятельности летчиков, повышает их стрессоустойчивость, снижает уровень конфликтности, делает работу всего экипажа более слаженной. Упрощается принятие решений и возрастает умение выстраивать стратегическую модель развития будущего в контексте конкретной ситуации.

— Будущие специалисты уже могут приобрести ваши книги или учебные пособия?

— Пока в широком доступе — наши научные публикации: масса статей и четыре монографии, описывающие результаты исследовательской деятельности. Сейчас мы готовим серию методических публикаций. По плану работы федеральной площадки в следующем году должны появиться методические указания, которые опираются на научные исследования. Работа ведется в рамках классического использования научного знания, когда научные исследования превращаются в статьи, затем в монографии, позднее — в учебные пособия. Наивысший уровень практического применения нового знания реализуется, когда собранные данные используются для создания учебника и полномасштабной модели обучения тех, кто будет применять это на практике. Но это задача следующих лет.

— Все, о чем вы сейчас рассказали, напоминает детские игры в песочнице, строительство замков у берега моря. Можно ли сказать, что в случае песочной терапии психологи пытаются достучаться до ребенка внутри нас?

— Так и есть. Что такое внутренний ребенок с точки зрения метафорически описанного состояния? Это энергетика — те составляющие психики, которые отвечают за распределение наших ресурсов. То, что мы называем внутренним ребенком, представляет собой систему наших базовых ценностей и наиболее естественных потребностей. Поэтому важно, чтобы наш внутренний ребенок получил опору в виде опыта, знаний, правил и этических норм, которыми владеет внутренний родитель. И в триаде «ребенок, опыт, родитель» важна связь с внутренним взрослым. Если продолжить метафору, то естественный внутренний ребенок с помощью заботливого родителя и разумного взрослого наилучшим образом получает то, в чем нуждается на самом деле.

— С 2020 г. наша психика страдает от пандемии и других кризисных явлений. Как человеку поддержать себя в непростые времена?

— Нельзя забывать, что когда закрывается одна дверь, открывается другая. В сложное время, когда дуют ветры перемен, одни начинают от них прятаться, другие строят ветряные мельницы. Сейчас наиболее подходящее время, чтобы провести ревизию своих базовых жизненных ценностей. Пандемии, революции и другие события, связанные с коренным изменением жизненного уклада, позволяют людям оценить, так ли значимо то, что казалось таковым ранее. Приняв на себя ответственность за свою жизнь, можно честно себе признаться в том, что хорошо, а что плохо, избавиться от лишнего, развить новые навыки и интересы. Поэтому в первую очередь необходимо определить, какой ветер для меня попутный, чего я хочу в жизни. А дальше, вместе с попутными ветрами, выстраивать свой путь.

Название видео

Интервью проведено при поддержке Министерства науки и высшего образования РФ и Российской академии наук.
Внутренний мир на песке. Интервью с профессором РосНОУ Александром Огневым

В 2021 г. Российский новый университет (РосНОУ) вошел в число организаций, на базе которых созданы федеральные инновационные образовательные площадки, составляющие инновационную инфраструктуру в сфере высшего и дополнительного профессионального образования. Одна из площадок посвящена уникальной методике песочного моделирования, которая активно применяется во всем мире. О специфике метода и ключевых психологических направлениях РосНОУ рассказывает профессор Александр Огнев.

Александр Сергеевич Огнев — доктор психологических наук, профессор, научный руководитель Гуманитарного института РосНОУ.

— Прежде всего хотелось бы узнать о психологических направлениях, которые представлены в университете. Над чем вы работаете сегодня?

— Начну с особенностей построения учебного процесса и выбора направления в Российском новом университете. Дело в том, что РосНОУ основали выпускники знаменитого московского Физтеха — МФТИ. Это и определило традиции нашего вуза — активное вовлечение обучающихся в практическую деятельность, в проведение реальных исследований уже со студенческой скамьи.

Что касается психологических направлений, то ключевым из них мы считаем консультирование и его виды, традиционные и современные методы практической работы. Одна из современных тенденций связана с «визуальным поворотом», который в массовой культуре известен как «клиповое мышление».

Клиповое мышление можно рассматривать как ответ человека на распространение огромного объема информации. Современный ребенок с малых лет довольно быстро начинает ориентироваться в визуальных образах, которые находит в своем смартфоне. Поэтому мы и учим наших психологов активно использовать методы визуализации. Научные изыскания и практические разработки в этом направлении — наш конек.

— Расскажите о методике работы с изображениями. Как она может помочь будущему психологу и его клиенту справиться с жизненными трудностями?

— С научной точки зрения этот метод определяется как визуальное кинетическое моделирование. Проще говоря, это работа с образами и моделирование возможного развития будущего с опорой на интуитивное определение того, что происходит в жизни человека.

Как это работает? Мы подключаем на уровне сознания, подсознания и бессознательного колоссальные ресурсы, которые есть в нашем распоряжении, но не полностью задействованы. Соединяя эти элементы, мы работаем с образами, которые могут существенно повысить креативный потенциал человека.

Эту методику можно сравнить со сновидениями. Визуальное моделирование воссоздает сноподобные, полуфантазийные состояния, когда мы погружаемся в собственный внутренний мир. Человек на уровне интуитивного моделирования выбирает то, что ему больше всего подходит. Это резко увеличивает объем информации, которую он может перерабатывать, и повышает способность к принятию нужных решений.

Наши коллеги из Бременского университета (Германия) изучили, какое количество информации перерабатывает человек на уровне сознания и подсознания, принимая то или иное решение. Оказалось, что доли информации, которые перерабатываются на уровне сознания и бессознательных процессов, равны один к миллиону. С помощью метода визуального моделирования мы пытаемся увеличить количество той информации, которую можно использовать для принятия решения, и той информации, которая будет доступна сознанию. Наша цель увеличить ее на два-три порядка, хотя бы до соотношения 100–200 к миллиону. Если же мы увеличим этот показатель в тысячу раз, то получим большое приращение возможностей для решения тех или иных проблем. Собственно, этим и занимается наша психологическая лаборатория визуально-кинетического моделирования. Мы создаем технические средства, превращаем их в работающие методики, которые тиражируем и с которыми знакомим коллег в России и за рубежом.

Александр Сергеевич Огнев — доктор психологических наук, профессор, научный руководитель Гуманитарного института РосНОУ. Фото- Елена Либрик

— Расскажите подробнее о специфике метода. Как можно использовать подобные изображения, чтобы помочь человеку?

— В своей работе мы используем и построенные на песке композиции, и созданные из кинетического песка фигурки, и метафорические ассоциативные карты. С их помощью человек «рассказывает» прежде всего самому себе о проблеме или задаче, которую он пытается решать. Делает он это не вербально, а языком картинок, как если бы он создавал историю, рассказ в виде комиксов. Картинки позволяют проиллюстрировать, какую проблему хочет решить человек, с каким конфликтом он имеет дело и какого результата или решения ожидает. Ответы на эти вопросы необходимо предоставить с помощью созданных или подобранных изображений. За счет работы с визуальными образами человек извлекает из глубин подсознания не только то, что содержится на уровне логики и появляется в виде слов, но и то, что связано с эмоциями, то есть аффективную составляющую. Это увеличивает понимание субъективной значимости событий, принимаемых решений, различных обстоятельств, более полно раскрывает их смысл.

В этом случае мы действуем не на уровне абстрактно-логического мышления, характерного для словесного описания проблемы, а на уровне наглядно-образного и наглядно-действенного мышления. Так человеку проще поделиться проблемой без лишних подробностей, заострять внимание на которых он, быть может, в данный момент не готов или считает это неуместным. В таком случае он будет меньше стесняться рассказать о проблеме самому себе и психологу. Быстро перебирая в процессе такой работы массу различных образов, он опирается на огромное количество сценариев, которые уже содержатся в его жизненном опыте. Так легче выстроить для себя модель будущего поведения, отобрав наиболее подходящие варианты. В результате мы начинаем действовать более разумно, разделяя главное и второстепенное, увеличивая свою креативность и успешность в жизни.

— Подтверждалось ли это экспериментами?

— Конечно. Мы не просто проводим эксперименты, но и активно используем инструментальные методики для аттестации создаваемых образов. Для этого в нашем распоряжении — приборы, которые разработаны в университете, в частности «Кардиокод». Прибор измеряет сердечно-сосудистую активность организма и позволяет проследить, как меняется вариабельность сердечного ритма, что в свою очередь свидетельствует об активизации парасимпатической и симпатической систем. По сути, это аналог полиграфа. За счет определенной методики обработки полученных данных мы можем оценивать, какие эмоции вызывают у человека созданные им композиции, устраивают ли его созданные им метафорические описания алгоритма решения собственных проблем. При этом специалисты РосНОУ используют методики, которые разрабатывались для подготовки космонавтов и летчиков. Эти методики позволяют анализировать состояние человека и оценивать влияние на него образов, запечатленных на метафорических ассоциативных картах, в песочных композициях или в созданных из кинетического песка фигурках. Такие исследования мы проводим уже более семи лет.

— Ранее было популярно убеждение в том, что российские граждане очень скептически относятся к психологической помощи. Например, многие люди старшего поколения до сих пор отрицают ее пользу. Но сейчас большинство молодых людей все чаще обращаются к психологам или психотерапевтам. Как бы вы охарактеризовали эту ситуацию?

— Люди часто путают психологическую помощь с психиатрической. Сегодня психиатрия сильно продвинулась вперед. То, что раньше считалось приговором, сейчас стало временным недомоганием, которое можно успешно преодолеть при помощи различных лекарственных препаратов и немедикаментозных средств. И общество постепенно осознает, что врачам уже под силу лечение большинства заболеваний. Но при этом вместе с врачами над такими проблемами должны работать и психологи.

Растет понимание, что многие проблемы вообще не относятся к области психиатрии. Повышается и уровень образованности граждан в области психологии. Большинство людей понимают разницу между психологом и психиатром и знают, в каких ситуациях нужно обращаться к тому или иному специалисту.

Кроме того, психолог вошел в состав огромного количества организаций как штатный сотрудник. Это уже не какая-то экзотика, а вполне рядовое явление. Поэтому сегодня в вопросе обращения к психологу мы не видим трудностей со стороны общества.

— Как с точки зрения психологии меняется поведение людей в век информационных технологий, распространения гаджетов и интернета вещей?

— Вы затронули очень актуальный вопрос. Заметно, то, что молодые ребята, с которыми мы сталкиваемся в университете, легко обращаются с современной техникой, в частности со смартфонами. Им не составляет труда быстро найти нужную информацию. Молодые люди более разумно распоряжаются информационными ресурсами. Есть только одно «но»: резко снижается способность придавать своему опыту словесное описание, то есть страдает вербализация, превращение мыслей в слова. Для многих ребят это становится большой проблемой.

Да и вы наверняка замечали, что вам проще отправлять рядом сидящему коллеге или приятелю сообщения, смайлики, чем объяснять что-либо словами.

То есть, с одной стороны, резко растет способность работать с большими объемами информации, а с другой — снижается способность к вербальному описанию результатов своего поиска.

Работая с перечисленными методиками (песочное моделирование, метафорические карты), мы побуждаем студентов к объяснению своего выбора и его значения для них. Поэтому уже на втором-третьем курсах проблема коммуникации снимается даже у тех, кто был крайне косноязычным. Ребята начинают глубже понимать самих себя и находят более адекватные способы объяснения окружающим сути своих идей и соображений.

— В 2021 г. на базе РосНОУ была организована инновационная федеральная площадка по внедрению песочной терапии, визуального кинетического моделирования в систему образования. Какие цели преследует проект?

— Есть четкий план работы федеральной площадки на ближайшие годы. Первым этапом стало подтверждение того, что методика способствует позитивным изменениям, которые человек самостоятельно привносит в различные сферы своей жизнедеятельности. На втором этапе мы разрабатывали оптимальные сочетания разных форм и методов песочного моделирования, способов применения кинетического песка, метафорических ассоциативных карт при выполнении заданий, которые касаются построения плана жизни человека, решения типичных проблемных ситуаций. Сейчас реализуется этап, на котором мы применяем перечисленные методики в ходе преподавания не только психологии, но и других дисциплин. Например, недавно мы успешно применили песочное моделирование в преподавании немецкого языка. Человек строит на песке модель желаемого будущего и на немецком языке описывает, что он изобразил и какое это имеет для него значение. Он выбирает те слова и речевые конструкции, которые касаются его жизни. Они глубоко осмысленны, его рассказ эмоционально насыщен. Конечно, этот опыт запоминается навсегда. Если речь идет о групповых занятиях, то словарный запас всех участников пополняется словами и речевыми конструкциями, характерными для их возрастной группы и культурной общности.

Психологи Тульского суворовского военного училища пробуют использовать песочное моделирование в работе с суворовцами Фото предоставлено пресс-службой РосНОУ

Интересные результаты мы получили при работе с политологами, когда они строили модели государства — идеального и реального, модели будущих преобразований. Моделирование позволяет резко увеличить так называемую непроизвольную форму запоминания при освещении тех или иных дисциплин, потому что они быстро усваиваются через визуализированный жизненный опыт.

Но есть еще одна особенность, которую мы отметили. Зачастую человек приходит с готовыми моделями, шаблонами, которые он применяет при изучении той или иной дисциплины. Преподаватель в этом случае может для себя решить, в какой степени материал, который он дает, лег на жизненный опыт человека, произошло ли «приращение нового знания». С помощью песочного моделирования и изучаемых дисциплин мы стремимся добавить к жизненному опыту студента составляющие, которые помогут ему добиться успеха, повысят эффективность жизнедеятельности. Методика позволяет научиться распоряжаться полученным знанием, превратить изучаемое в готовый инструмент, пригодный для повседневного использования.

— То есть предлагаемые вами методики можно применять в любых дисциплинах и жизненных ситуациях?

— Верно. Например, недавно мы помогали группе аспирантов подготовиться к сдаче кандидатского минимума и защите диссертации. Обучающиеся моделировали на песке реальные ситуации во время выступления перед экспертной комиссией, диссертационным советом. Один из них буквально месяц назад успешно защитил диссертацию по безопасности полетов. Подготовка с помощью песочного моделирования позволила аспиранту, по его мнению, сформировать оптимальное «боевое» состояние и успешно пройти защиту.

Проще говоря, песочное моделирование — это некая репетиция не только содержания ситуации, но и эмоционального состояния человека.

Методику опробовали также экскурсоводы Научно-учебного музея землеведения МГУ. На песке они смоделировали будущую работу со школьниками во время проведения экскурсий. Это было моделирование с точки зрения не только содержания речи экскурсоводов, но и эмоциональной составляющей: какие эмоции они собираются вызвать у юных посетителей своим рассказом. Эксперименты прошли очень удачно.

— Расскажите немного об историческом контексте появления песочного моделирования. В какой стране оно возникло и кто был его родоначальником?

— Считается, что прообразы песочного моделирования зародились несколько десятков тысяч лет назад. На берегу Дона есть такой поселок, который сейчас называется Костенки. С древних времен в этих местах находили большое количество костей животных. Как оказалось, первые поселенцы, а вместе с ними и костяные фигурки появились здесь около 40 тыс. лет назад. Это те самые неолитические мадонны, представленные в нашем Историческом музее на Красной площади. Как нам кажется, для древнего человека эти фигурки были важным инструментом подготовки к будущим видам активности и моделированию возможного будущего.

Похожие фигурки и даже целые композиции находят в древних захоронениях египтян. С их помощью они воссоздавали реальность, к которой стремились. Встречаются подобные примеры и в Китае. Один из наиболее грозных — знаменитая терракотовая армия, обнаруженная неподалеку от современного Сианя. Погребенный там в гигантском кургане Цинь Шихуанди полагал, что, когда вернется из «небытия», сможет воссоздать мир, в котором жил. И на самом деле терракотовая армия — это лишь часть фигур, найденных в курганах, окружающих захоронение правителя династии Цинь. Археологи обнаружили огромное количество терракотовых фигур, которые олицетворяют слуг императорского двора. Это и идеальный повар, и идеальная служанка, и идеальный цирюльник, и идеальный танцор. По сути это модели, которые на уровне скульптурных описаний показывали, как должны быть устроены двор правителя и взаимоотношения между людьми.

В Новое время возрождение такого рода моделирования, но в другом качестве ознаменовала книга «Игры на полу» Герберта Уэллса. Писатель наблюдал за своими детьми и заметил, что его буйные ребятишки становились более спокойными и уравновешенными, когда раскладывали на полу игрушки и начинали возиться с ними.

Позднее, в 30-х гг. ХХ в., игру с песком как психотерапевтический метод работы с детьми впервые описала Маргарет Ловенфельд, которая работала с больными и психологически неблагополучными детьми. Одна из форм работы заключалась в использовании фигурок для создания ребенком модели того, что он в данный момент хочет отобразить, — «технике построения мира». Так и появилась современная песочная терапия.

Во время одной из конференций доклад Маргарет Ловенфельд об используемом ею методе услышал Карл Густав Юнг, который порекомендовал своей ученице Доре Калфф обратить внимание на этот вариант работы с детьми. Спустя пару лет Дора Калфф создала собственную методику, которая получила название sandplay.

Калфф была неординарной, широко образованной и эрудированной женщиной. Она немного владела китайским языком и была знакома с основами буддизма и даосизма. Однажды даже приютила у себя ламу, бежавшего из Тибета. Все это вызвало общественный резонанс.

Постепенно возник интерес к направлению песочной терапии — им заинтересовались в Японии, Китае, Соединенных Штатах Америки. И начиная с 40-х гг. XIX в. эта методика стала активно применяться во всем мире.

Сегодня песочная терапия получила широкое распространение, в том числе в школах и вузах. Она эффективна при работе с детьми, которые нуждаются в снятии тревожных состояний, в коррекции поведения. Быстрый эффект от применения этой методики получали и специалисты, которые работали в зонах землетрясений и иных масштабных бедствий.

В последние годы песочная терапия стала активно применяться и в России. Проблема этого метода заключается в том, что он с большим трудом поддается вербализации. Как человеку, который построил модели на песке, сложно объяснить свои внутренние переживания, так и специалисту трудно описать методические составляющие его собственной работы. Поэтому наш коллектив взялся сформулировать методику, которая поддается тиражированию в расчете на ее продуктивное использование в условиях современного вуза.

Одна из задач федеральной площадки связана с анализом того, какие составляющие работы с песком сказываются на ощущениях и эмоциях человека. Существенный элемент песочного моделирования — песочная фракция, которую мы используем в разных ситуациях, в том числе в экспериментах. А. С. Огнев: «Первая из фракций — самая мелкая: примерно 0,1 мм. Такой песок мы выбираем в случае, когда человеку нужна поддержка, он хочет обрести некое душевное равновесие. Более крупные фракции применяются в ситуациях, когда необходимо повысить уровень конфликтности возможного взаимодействия и подготовить человека к конструктивному решению возможного или уже существующего конфликта. Самая крупная фракция (2 мм) используется в случае, если человеку необходимо контурно обозначить стратегические направления жизненного выбора». Фото: Елена Либрик

— Насколько вы приблизились к решению задачи?

— Пока мы не получали нареканий по поводу этого метода. Важно, что песочная терапия активно используется не только при работе с детьми, но и в разных профессиональных коллективах. Например, у летчиков есть курс CRM — Cabin Resource Management. Это синтез социологии, психологии и педагогики. Его главная задача — улучшить командную работу экипажей, повысить психологическую устойчивость летчиков. Мы показали, что песочное моделирование резко увеличивает осознанность деятельности летчиков, повышает их стрессоустойчивость, снижает уровень конфликтности, делает работу всего экипажа более слаженной. Упрощается принятие решений и возрастает умение выстраивать стратегическую модель развития будущего в контексте конкретной ситуации.

— Будущие специалисты уже могут приобрести ваши книги или учебные пособия?

— Пока в широком доступе — наши научные публикации: масса статей и четыре монографии, описывающие результаты исследовательской деятельности. Сейчас мы готовим серию методических публикаций. По плану работы федеральной площадки в следующем году должны появиться методические указания, которые опираются на научные исследования. Работа ведется в рамках классического использования научного знания, когда научные исследования превращаются в статьи, затем в монографии, позднее — в учебные пособия. Наивысший уровень практического применения нового знания реализуется, когда собранные данные используются для создания учебника и полномасштабной модели обучения тех, кто будет применять это на практике. Но это задача следующих лет.

— Все, о чем вы сейчас рассказали, напоминает детские игры в песочнице, строительство замков у берега моря. Можно ли сказать, что в случае песочной терапии психологи пытаются достучаться до ребенка внутри нас?

— Так и есть. Что такое внутренний ребенок с точки зрения метафорически описанного состояния? Это энергетика — те составляющие психики, которые отвечают за распределение наших ресурсов. То, что мы называем внутренним ребенком, представляет собой систему наших базовых ценностей и наиболее естественных потребностей. Поэтому важно, чтобы наш внутренний ребенок получил опору в виде опыта, знаний, правил и этических норм, которыми владеет внутренний родитель. И в триаде «ребенок, опыт, родитель» важна связь с внутренним взрослым. Если продолжить метафору, то естественный внутренний ребенок с помощью заботливого родителя и разумного взрослого наилучшим образом получает то, в чем нуждается на самом деле.

— С 2020 г. наша психика страдает от пандемии и других кризисных явлений. Как человеку поддержать себя в непростые времена?

— Нельзя забывать, что когда закрывается одна дверь, открывается другая. В сложное время, когда дуют ветры перемен, одни начинают от них прятаться, другие строят ветряные мельницы. Сейчас наиболее подходящее время, чтобы провести ревизию своих базовых жизненных ценностей. Пандемии, революции и другие события, связанные с коренным изменением жизненного уклада, позволяют людям оценить, так ли значимо то, что казалось таковым ранее. Приняв на себя ответственность за свою жизнь, можно честно себе признаться в том, что хорошо, а что плохо, избавиться от лишнего, развить новые навыки и интересы. Поэтому в первую очередь необходимо определить, какой ветер для меня попутный, чего я хочу в жизни. А дальше, вместе с попутными ветрами, выстраивать свой путь.

Название видео

Интервью проведено при поддержке Министерства науки и высшего образования РФ и Российской академии наук.